Стаття про лікування пацієнта зі складною щелепно-лицевою патологією у газеті “Факти”

23 березня 2018 р. у газеті “Факти” була опублікована стаття про клінічний випадок лікування пацієнта зі складною щелепно-лицевою патологією, до якого долучились директор Стоматологічного медичного центру НМУ імені О.О. Богомольця д.мед.н., професор Андрій Володимирович Копчак та доцент кафедри стоматології Інституту післядипломної освіти НМУ імені О.О. Богомольця к.мед.н. Юрій Володимирович Чепурний.

http://fakty.ua/262367-chast-lica-sedennogo-opuholyu-mne-otpechatali-na-specialnom-printere

 

«Часть лица, «съеденного» опухолью, мне отпечатали… на специальном принтере»

Ирина ДУБСКАЯ, «ФАКТЫ»

23.03.2018 7:30

Александр Копчак с пациентом

Уникальную операцию 41-летнему Александру провели столичные челюстно-лицевые хирурги и отоларингологи, которые сначала удалили огромное образование, а затем воссоздали пациенту кости челюсти

Ни одной детской фотографии у Александра не осталось. Поэтому узнать, как он выглядел, когда был ребенком, уже невозможно.

— Да я и сам этого практически не помню, — говорит 41-летний мужчина. — Когда в области щеки у меня появилось какое-то образование, мне было 12 лет. Мы жили в Харькове, но врачи не взялись удалять опухоль. Говорили, что я могу умереть на операционном столе. Мама повезла меня в Москву, но и там оперировать не рискнули, объяснив, насколько это опасно.

— Опухоль росла постепенно?

— Она была доброкачественной, но очень агрессивной. К моменту окончания школы я уже не мог спокойно смотреть на себя в зеркало. Дальше учиться не пошел. Чтобы зарабатывать, содержать себя, стал частным предпринимателем.

— А к врачам обращались?

— И не раз, но безрезультатно. Из-за этого началась депрессия. Как жить с таким лицом? Что со мной будет дальше? Эти мысли одолевали, но все же надежды я не терял.

И договорившись о консультации в Киеве, приехал в Институт стоматологии. Было это в августе прошлого года. Когда мне сказали, что операция возможна, очень обрадовался. Понимал, что легкой она не будет ни для меня, ни для хирургов. Но появился шанс. И даже сейчас, когда я выгляжу далеко не идеально, результатом доволен. Опухоли у меня нет. Лицо мне постепенно реконструируют. Несколько операций позади, впереди новые. Думаю, после каждой я буду выглядеть все лучше.

* Таким Александр был до операции. Фото Сергея ТУШИНСКОГО, «ФАКТЫ»

— Случай с Александром просто невероятный, мне до сих пор не приходилось видеть настолько сложной с профессиональной точки зрения ситуации, — говорит директор Стоматологического медицинского центра Национального медицинского университета имени А. А. Богомольца доктор медицинских наук, профессор Андрей Копчак. — Опухоль у пациента была размером с два больших кулака, она повредила кости челюсти, носа, зубной ряд, глаз.

Оперировать ее было опасно, но сложность заключалась еще и в том, что на месте удаленного участка (фактически половины лица) оставалась… пустота. Кожу мы должны были сохранить, но что она будет покрывать? Собрали консилиум, в состав которого вошли и наши специалисты, и целая группа врачей Института отоларингологии имени А. С. Коломийченко Национальной академии медицинских наук Украины. Вместе с коллегами разработали план операции, позволивший свести к минимуму угрозу жизни Александра из-за потери крови. Теперь можно сказать, что операция прошла успешно.

Разговаривать с Александром непросто: голос как будто доносится из пустой емкости, не все слова можно разобрать. И это мужчину очень тревожит.

— Реконструкция у нашего пациента еще не закончена, впереди несколько вмешательств, но мы надеемся, что со временем речь у Александра станет нормальной, — говорит доцент кафедры стоматологии Национального медицинского университета имени А. А. Богомольца кандидат медицинских наук Юрий Чепурной. — Опухоль находилась справа под основанием черепа, проросла в ткани носоглотки, ротоглотки. У человека возникла очень сильная деформация лица. То, что в течение предыдущих тридцати лет врачи не брались за операцию, вполне объяснимо: не было тех технологий, которые появились теперь и которыми мы можем пользоваться. Наши специалисты тоже шли на риск. Но здесь нам очень помогли коллеги-отоларингологи. В операции по удалению опухоли участвовал опытнейший хирург-отоларинголог, директор Института отоларингологии академик Дмитрий Заболотный. Дмитрий Ильич воспользовался специальным оборудованием, которое позволяет при кровотечении собирать кровь пациента, фильтровать ее и возвращать в кровяное русло. Благодаря этой технологии вводить Александру донорскую кровь не понадобилось. Длилась операция почти пять часов. Опухоль удалось практически полностью убрать.

*”Во время операции с помощью уникального оборудования кровь пациента собирали, фильтровали и возвращали в кровяное русло, — говорит Юрий Чепурной. — Это помогло избежать осложнений”. Фото Сергея ТУШИНСКОГО, «ФАКТЫ»

— Но образовалась большая пустота…

— Да. Кроме того, поврежденную часть челюсти тоже пришлось удалить. Дальше с помощью компьютерной программы надо было смоделировать утраченный участок. Специалисты сделали это по аналогии с левой частью лица Александра — чтобы в будущем левая и правая стороны были симметричны.

— Из чего изготовлены новые фрагменты челюсти?

— Это титановый сплав — материал, который хорошо приживается в организме. Компьютерные модели «деталей» мы по электронной почте отправили в Бельгию, где есть оборудование, позволяющее «испечь» фрагменты челюсти. Происходит это так: в емкости с титановым порошком лазерный луч по заданным параметрам выплавляет «детали» любой конфигурации. Выполняется работа с точностью до микрона. Если все смоделировано правильно, во время операции фрагмент идеально становится на место. У Александра так и получилось. Теперь будем продолжать заниматься пластикой мягких тканей. На полную реконструкцию понадобится не меньше года.

* Готовясь к операции, врачи сделали компьютерную модель недостающей части черепа пациента

В лаборатории компьютерного моделирования мне показали оборудование, которым гордятся все специалисты Стоматологического медицинского центра, — 3D-принтеры. С их помощью печатают зубные протезы и выполняют другие работы.

— Вы использовали такой принтер для того, чтобы помочь Александру?

— Нет, во время операции в его случае надо было применить «титановую» технологию, — говорит профессор Андрей Копчак. — А с помощью 3D-принтера мы изготавливаем, например, зубные протезы из специального биоинертного пластика. Это тоже новейшая технология, позволяющая смоделировать протез на компьютере и в течение одного дня, без всяких примерок, обеспечить пациента зубами. Но если надо воссоздать часть челюсти, то необходим прочный титановый сплав. К сожалению, в Украине пока нет оборудования, позволяющего изготавливать фрагменты костей. Надеемся, что со временем оно появится.

— Как часто в челюстно-лицевой хирургии возникает необходимость в титановых «деталях»?

— К сожалению, сегодня это происходит все чаще, так как нам приходится оперировать тех, кто получает тяжелейшие огнестрельные ранения в зоне АТО. Обращаются пострадавшие в ДТП. Каждый случай уникален. В нашей лаборатории хирурги вместе с биоинженерами стараются воссоздать лицо пострадавшего человека. Для этого на компьютере выполняется моделирование. Бывает, все лицо буквально разрушено. Тогда используем для моделирования снимки другого человека, облик которого по антропометрическим показателям близок к облику пострадавшего. Делаются индивидуальные титановые конструкции, пластины, фиксаторы, эндопротезы, силиконовые фрагменты. Цель одна — вернуть человеку его лицо.

* «Мы используем новые технологии в стоматологии и челюстно-лицевой хирургии, — говорит Андрей Копчак. — Например, можем смоделировать и с помощью 3D-принтера в течение дня напечатать зубной протез». Фото Сергея ТУШИНСКОГО, «ФАКТЫ»

— Раньше не было таких материалов, компьютерного моделирования. Как выходили из положения?

— В челюстно-лицевой области всегда были талантливые хирурги, которые в большинстве случаев действовали интуитивно или опирались на свой предыдущий опыт, работая, как художники или скульпторы. Однако мастерство нарабатывается постепенно, поначалу возможны неудачи. А ведь любая ошибка хирурга для пациента — цена жизни или ее качества. Например, бывают травмы орбиты. Глазное яблоко тогда ничем не поддерживается и провисает. Надо орбиту восстановить. Не угадаешь ее положение — и глаз опустится на миллиметр или два. А это критично: изображение у человека начинает двоиться, да и заметно, что глаза на разном уровне. Сегодня подобных ситуаций можно избежать именно благодаря точному компьютерному моделированию, изготовлению костных фрагментов любой сложности из титана и полимерных материалов. Ошибок становится гораздо меньше, а успешных операций — больше. Мы выполнили уже около тридцати.

Сейчас планируем еще одну, очень сложную: десятилетнему мальчику, которому два года назад собака фактически откусила половину лица, в том числе глаз, вместе с офтальмологами будем делать полную реконструкцию. Этап моделирования и изготовления нужных деталей уже пройден. Биоинженеры и хирурги разработали уникальное крепление эндопротеза. Предусмотрели и то, что ребенок будет расти, его лицо — меняться. Если удастся осуществить все задуманное, мальчик психологически будет чувствовать себя гораздо лучше.

— В Украине операции с использованием компьютерного моделирования проводятся не очень часто?

— Фактически мы начали заниматься новым направлением в челюстно-лицевой хирургии. Кафедра работает на базе Киевской областной больницы. Сегодня во всем мире стоматология и челюстно-лицевая хирургия стремительно развиваются. Современные технологии, материалы уже доступны. Теперь важно подумать о том, чтобы с ними научились работать наши специалисты. Вот почему в университетском Стоматологическом центре создается учебная база, позволяющая даже студентам знакомиться с новейшими технологиями, а нам, преподавателям, научным сотрудникам, все шире применять их на практике.

*На фото возле заголовка: Андрей Копчак осматривает Александра. Фото Сергея ТУШИНСКОГО, «ФАКТЫ»